Но мало ли нас таких народилось в предрассветные 80-е! - готовых на все и так ничего особенного не повидавших, наделенных силой, но не сыскавших ей мало-мальски достойного применения. «Я готов умереть за любовь или за революцию» - писал Раймон Кено, но обреченно добавлял, что ни встретит ни того ни другого… Зачем этот смысл донесся до наших десятилетий и стал нашей неофициальной индульгенцией! Теперь мы не станем форвардами бесноватой уличной толпы, не пойдем широким хаотичным шагом по проезжей части, и даже тревожно красивый дробный шаг, достойный объектива Рифеншталь, не станет ритмом поколения. Просто в силу того, что это неуместно. Неуместно не так, как закурить при беременной, а как закурить при родах.
Походу единственные на наш век баррикады мы проспали в детских колясках…
Волевые подбородки не войдут в моду, так же как и свитера с большим горлом – потому что в профиль сейчас не снимают и мерзнуть негде. Без вариантов.
Её величество реальность прочно засела в каждом из нас и отрицает то, что поверхностно можно было бы назвать иррационализмом. У кого-то в современном мире определенно есть монополия на объективность и она не оспаривается. Нафиг никому не нужная Цитадель – реальность…
Кто сказал, что безграничная свобода в наши дни ослабила традиционность? Просто одна большая и сильная традиция потеснила много маленьких и слабых . Рационализаторство – адекватное, здоровое, с румяными щеками, светлым уверенным взглядом и даже подкупающе острым чувством юмора смело жалких добродетельность, эстетизм, вкус к жизни; безжалостно задвинуло культуру потребления. На смену сильным изматывающим и рисковым чувствам пришли незатратные, «бюджетные»: подлинную ненависть сменило ненавязчивое презрение, место любви занимает привязанность, вместо срасти – сентиментальность и т.д.
Итак, бороться с повесткой, разлагать её, высмеивать, создавать альтернативную – тупо НЕ ИНТЕРЕСНО. Потому что твоя свобода, её природа, степень, глубина напрямую не зависит от общепринятого. Каждый из нас находимся в границах допустимого ровно до того момента, как наши личные границы (уж не знаю – благодаря внутреннему росту или вопреки ему) начинают шириться. Вот тогда мы понимаем всех, кто до этого распустил крылья.
Но мы не вместе…
А значит, объективность непоколебима, и все останется как раньше, только еще один отпадет, что, впрочем, не критично. Ценность частной свободы сменила ценность общественной, не являясь, конечно же, её эквивалентом. И если тридцати и далее летние еще хотя бы воют и с определенной периодичностью шагают из окна, не вынеся космического масштаба одиночества, то мы приняли его, и нас не пугает долгое эхо от сказанного вслух...
Итак, Единение – отстой! Ультраиндивидуализм – наш тренд!
И не надо пытаться жаться друг к другу – смотреть противно))
Походу единственные на наш век баррикады мы проспали в детских колясках…
Волевые подбородки не войдут в моду, так же как и свитера с большим горлом – потому что в профиль сейчас не снимают и мерзнуть негде. Без вариантов.
Её величество реальность прочно засела в каждом из нас и отрицает то, что поверхностно можно было бы назвать иррационализмом. У кого-то в современном мире определенно есть монополия на объективность и она не оспаривается. Нафиг никому не нужная Цитадель – реальность…
Кто сказал, что безграничная свобода в наши дни ослабила традиционность? Просто одна большая и сильная традиция потеснила много маленьких и слабых . Рационализаторство – адекватное, здоровое, с румяными щеками, светлым уверенным взглядом и даже подкупающе острым чувством юмора смело жалких добродетельность, эстетизм, вкус к жизни; безжалостно задвинуло культуру потребления. На смену сильным изматывающим и рисковым чувствам пришли незатратные, «бюджетные»: подлинную ненависть сменило ненавязчивое презрение, место любви занимает привязанность, вместо срасти – сентиментальность и т.д.
Итак, бороться с повесткой, разлагать её, высмеивать, создавать альтернативную – тупо НЕ ИНТЕРЕСНО. Потому что твоя свобода, её природа, степень, глубина напрямую не зависит от общепринятого. Каждый из нас находимся в границах допустимого ровно до того момента, как наши личные границы (уж не знаю – благодаря внутреннему росту или вопреки ему) начинают шириться. Вот тогда мы понимаем всех, кто до этого распустил крылья.
Но мы не вместе…
А значит, объективность непоколебима, и все останется как раньше, только еще один отпадет, что, впрочем, не критично. Ценность частной свободы сменила ценность общественной, не являясь, конечно же, её эквивалентом. И если тридцати и далее летние еще хотя бы воют и с определенной периодичностью шагают из окна, не вынеся космического масштаба одиночества, то мы приняли его, и нас не пугает долгое эхо от сказанного вслух...
Итак, Единение – отстой! Ультраиндивидуализм – наш тренд!
И не надо пытаться жаться друг к другу – смотреть противно))
2 comments | Leave a comment

